– Значит так, – начал Вадим с таким видом, будто он не просто муж, а генеральный директор строительной империи «Вадим и Ко», – стену между кухней и гостиной мы сносим моментально. Расширяем пространство!
Я уже бригаду прикинул: ребята работают быстро, недорого и без лишних вопросов. А на месте кладовки будет шикарная гардеробная — чтобы твои туфли наконец почувствовали себя как дома.
Елена стояла у раковины, вытирая тарелки полотенцем, которое к этому моменту уже успело стать чуть влажнее самой реки Амазонки. Вода капала из крана с такой настойчивостью, что любой другой человек давно бы сошел с ума или устроил водопад в ванной комнате.
Но Вадим? Вадим этого звука просто не замечал.
Зачем чинить кран, если скоро они переедут в новый дом? Правда жизни!
Он расхаживал по кухне, руки глубоко засунуты в карманы домашних штанов, и глаза его светились тем особенным огоньком жадности… ой, простите, энтузиазма инвестора. – Полы тоже надо вскрывать полностью, – продолжал он без остановки.
– Твой отец молодец был с паркетом, но это же прошлый век! Сейчас модно ламинат класть – дешево и сердито. Я вчера до полуночи сидел на строительных форумах и считал смету.
Если часть работы возьму на себя — экономия будет минимум сто тысяч рублей.
Елена поставила последнюю тарелку в сушилку и наконец повернулась к мужу с выражением лица «Ты вообще слушаешь меня?» – Вадим, мы еще никуда не съездили, ничего не подписали! Папа просто сказал переоформить квартиру — чтобы потом не бегать с бумагами. Это его дом!
Вадим снисходительно улыбнулся так, словно объяснял трехлетнему ребенку правила дорожного движения: «Леночка, какие чужие стены?
Аркадий Степанович сам сказал: городская суета ему надоела — он теперь в своем загородном доме живет». И тут же добавил: «А эта трешка нужна нам обоим».
Елена почувствовала внутренний дискомфорт — словно кто-то пытается сверлить ей мозг дрелью без перчаток. Она знала эту пластинку наизусть: последние полгода Вадим каждую субботу ездил к её отцу на дачу помогать ремонтировать дом… или точнее вкладывать деньги в будущий капитал семьи под видом сыновней любви.
Его фраза вечерами была как мантра: «Я столько сил вложил в твоего отца! Ни один родной сын так бы не корячился». А Елена думала про себя: «Ну давай еще скажи спасибо за то, что носки стираешь».
Неделю назад Аркадий Степанович позвонил им и сообщил спокойно так: «Жду вас у нотариуса в четверг». Естественно, для Вадима это было как выигрыш в лотерею без билета: все идеально сложилось — старания оценены по достоинству (ну или хотя бы по количеству потраченных денег), квартира вот-вот станет их.
В планах Вадима было продать эту трешку в центре города (где даже тараканы чувствуют себя богачами) и купить огромный таунхаус за городом для всей семьи — чтоб дети дышали свежим воздухом и меньше болели аллергией на бетонные джунгли.
– Ладно, собирайся!
– посмотрел он на часы с таким волнением, будто опоздать к нотариусу равносильно пропустить рейс на Марс. – Через сорок минут выезжаем!
И слушай меня внимательно: там разговаривай только я! Аркадий Степанович человек старой закалки — любит четкость.
Елена вздохнула глубоко и подумала про себя: «Если бы стены могли говорить… они бы сейчас кричали “Спасите!”» Ведь ремонт она уже представила себе как бесконечный сериал с эпизодами затяжных скандалов о том, кто забыл выключить дрель или почему нет горячей воды после очередного эксперимента мужа-строителя.