12 января 2007 года, утренний час пик в Вашингтонском метро. Представьте себе: станция L’Enfant Plaza, толпа как в муравейнике, все куда-то спешат, а тут вдруг из-за угла появляется парень лет тридцати в джинсах и бейсболке, достаёт скрипку — и не простую, а настоящую Страдивари 1713 года выпуска!
Рыночная стоимость? Три с половиной миллиона долларов! Ну вы понимаете, это не просто инструмент — это как если бы вам предложили сыграть на айфоне среди кирпичей.
Парень начинает играть.
Шесть сложнейших классических композиций за сорок три минуты — включая Чакону Баха, которую даже опытные скрипачи называют «музыкальным кроссфитом». И что?
Мимо прошли 1097 человек. Семеро остановились послушать (видимо те же, кто опаздывал на работу), двадцать семь кинуло монеты (а один вообще дал двадцать долларов — угадайте почему).
Ага, потому что этот музыкант оказался Джошуа Беллом — одним из лучших скрипачей мира! За три дня до этого он играл при полном зале в Бостонском симфоническом зале с билетами по сто баксов и выше.
А тут – метро и бегущий народ.
Этот эксперимент The Washington Post называла исследованием восприятия красоты. Но на самом деле он про то, как контекст влияет на наше восприятие гения.
Если гений играет в правильном месте – аплодисменты и овации. Если тот же самый гений играет в метро – прохожие думают: «Ага, ещё один уличный музыкант». Это как если бы вы пришли на дегустацию вина с бутылкой за тысячу евро и рядом стоял парень с пакетом из пятёрочки – только потому что этикетка не та.
И вот тут начинается самое интересное для тех, кто работает в проектировании или строительстве — то есть для нас с вами.
Мы каждый день оказываемся в роли Джошуа Белла метро: делаем качественную работу, но заказчик смотрит только на цифру внизу сметы и выбирает того, кто дал дешевле. Дешевле на тридцать процентов! Конечно же этот демпингёр где-то что-то недосчитал или забыл уточнить – но победил аукционом. То есть наш дорогой Stradivari оказался всего лишь хорошей фабричной скрипкой в глазах клиента-спешащего пассажира.
Чтобы понять глубину эффекта контекста даже у профессионалов своего дела, вспомним забавный опыт Фредерика Брошé из Бордо 2001 года.
Этот аспирант решил подшутить над экспертами по винам: взял белое хорошее вино и добавил пищевой краситель так, что оно стало выглядеть красным. Подал его студентам-энологам и попросил описать аромат. Ни один не догадался о подвохе!
Все говорили о «красных ягодах», «джеме», «вишне»… Мозг просто включил режим поиска того цвета вина и нашёл признаки там, где их физически не было.
Потом Брошé повторил фокус: одно и то же бордоское вино разлил в две бутылки – одну подписал как столовое (vin de table), другую – grand cru classé (то есть элитное). Эксперты пробовали оба варианта отдельно и описывали дорогую бутылку словами вроде «глубокое», «сбалансированное», а дешёвую – «плоское» или «простое». Забавно?
Конечно! Это доказывает: мы воспринимаем мир через призму контекста и ожиданий.
Что же делать нам — архитекторам проектов или инженерам? Как убедить заказчика платить за качество?
Ответы кроются именно здесь: надо создавать правильный контекст вокруг своей работы — чтобы она не казалась просто очередной дешёвой услугой с рынка демпинга. Надо быть не просто исполнителем задач со стандартной скрипкой, а мастером своего дела с яркой этикеткой grand cru classé!