Ах, свадьбы — это всегда праздник, когда даже самый скучный бухгалтер превращается в королеву бала, а родственники жениха умудряются занять всю банкетную залу, словно это распродажа в супермаркете. Вот и Людмила запомнила майский день дочери как эпический марафон: белое платье сияло ярче маячков на дороге, Костя был весь в костюме — прямо как будто из глянцевого журнала вылез. Ресторан с потолками выше амбиций подростка, а гости — целая армия из девяноста человек! Со стороны жениха — шестидесятник, что не удивительно: мама Нина ещё зимой предупреждала, мол, «родня большая», не обидишь же.
Людмила понимала: не пригласить кого-то из этой толпы — всё равно что забыть купить торт на свадьбу. Со своей стороны она позвала тридцать самых близких — тех, кто действительно хотел видеть.
Кредит на эту сказку оформили в марте — восемьсот тысяч рублей. Деньги пошли на зал (который стоил как маленькая квартира), еду (чтобы гости не сбежали к соседям), музыкантов (без них какой праздник?), фотографа (чтобы потом показывать фото и говорить «Вот тут я была счастлива»), платье и костюм (ведь один раз гуляем) и цветы (на всякий случай).
Нина лично объездила три ресторана и выбрала самый дорогой — потому что «один раз же гуляем». Тут можно вспомнить старый анекдот: «Свадьба — единственное мероприятие, где ты тратишь деньги так, будто завтра уже не наступит». Кредит оформили на Виктора Сорокина, отца жениха, потому что у него кредитная история была лучше Людмилыной после прошлых приключений с займами. В кафе за столом договорились устно: платят пополам, Людмила переводит по восемнадцать тысяч каждый месяц.
Без расписок и формальностей — ведь свои люди.
Всё шло по плану до июля… Тогда компанию Людмилы решили реструктуризовать. По-русски говоря — уволили треть бухгалтерии без церемоний. Выходное пособие дали на два месяца и пожелали удачи в поисках новой работы.
Людмила не растерялась: опыт есть! Но восемнадцать тысяч с пустым кошельком стали выглядеть как билет в один конец на Луну без ракеты.
В августе она честно позвонила Виктору и призналась во всей драме: работы нет, платить пока не может, нужна пауза пару месяцев. Виктор задумался и ответил спокойно: «Разберёмся». Казалось бы — взрослые люди всё поймут!
Но тут началась настоящая мелодрама с нотками трагикомедии.
Нина через пару дней позвонила с холодом айсберга в голосе: «Мы так не договаривались!» На что Людмила пыталась объяснить ситуацию: «Пауза нужна временно!» А Нина ей в ответ: «Кредит пауз не делает! Продай что-нибудь или займи!» Это напомнило ситуацию из анекдота про мужа и жену: жена просит денег на новый холодильник; муж отвечает — продай старый или возьми кредит; жена вздыхает — а если ни того ни другого? Муж сухо: «Тогда ешь мороженое из морозилки». Так и тут — никаких компромиссов.
Людмила повесила трубку и долго сидела на кухне с телефоном в руках, думая о том, как быстро меняются люди при виде слова «деньги».
Тот же человек, который три месяца назад обнимал её на свадьбе и говорил «теперь мы одна семья», теперь превратился в строгого судью финансовых обязательств.
Работу искать было нелегко. Сентябрь прошёл без результата; октябрь тоже упорно молчал. Звонки от Нины становились всё реже похожими на допросы следователя с одной фразой: «Нашла работу?» Ответы короткие и унылые: «Ищу».
Виктор же общался через посредника – свою супругу – словно играя роль невидимого бога кредита.