В машине пахло кожей и ванилью — такой аромат, что Света едва не подумала, что едет на свидание с кондитером, а не к свекрови.
Этот освежитель на зеркале заднего вида сын повесил ещё неделю назад, но запах почему-то держался лучше, чем её настроение. Света смотрела на унылые многоэтажки за окном и чувствовала, как напряжение внутри неё растёт — словно пружина в старом будильнике, который вот-вот должен взорваться. Каждый визит к матери Андрея теперь напоминал ей о тяжёлой ноте в душе, хотя прошло уже целый месяц после похорон свёкра.
Ну вы понимаете: вроде бы и время лечит, а боль всё равно сидит где-то под ложечкой и напоминает о себе.
Андрей за рулём сидел так прямо и напряжённо, будто собирался через минуту выиграть чемпионат по неподвижности. Света знала его состояние — это когда человек готовится к неприятному разговору и строит в голове целую крепость из оборонительных фраз.
Максим, их четырнадцатилетний подросток, молчал в телефоне на заднем сиденье так отстранённо, будто он уже давно телепортировался в мир мемов и видеоигр и совершенно забыл про реальность вокруг. Это молчание было типичное для подростков: оно говорит «я здесь», но при этом умом они уже на Марсе.
Света перевела взгляд на мужа. Пятнадцать лет вместе — это вам не шутки!
За эти годы она полюбила его мягкие карие глаза и тихий голос — такой голос, который умеет обходить острые темы стороной, как вода обтекает камень. Когда-то этот его спокойный стиль казался ей спасением. После смерти родителей она жила с бабушкой — строгой женщиной с золотым сердцем, которая подняла её на ноги одна. Бабушка умерла семь лет назад и оставила Свете квартиру с высокими потолками и скрипучим паркетом — ту самую «трёшку», где прошло всё её детство.
Андрей появился в её жизни как тихая гавань: внимательный и заботливый парень, который помогал с расчётами для маленькой пекарни у рынка — их совместного проекта из наследства бабушки.
Света вкалывала по шестнадцать часов в день: месила тесто сама утром, стояла за прилавком днём… Делала всё сама до тех пор, пока одна пекарня не превратилась в три, а потом в пять! Теперь у неё был небольшой бизнес с наёмными работниками и стабильным доходом.
Андрей же трудился в городской администрации — занимался бумажками так усердно, что иногда казалось: если бы бумага могла говорить, она бы попросила отпуск. Его зарплата была скромной (как у большинства героев анекдотов про чиновников), но стабильной.
Свету это не смущало — она приносила домой достаточно денег для комфортной жизни семьи.
Но вот беда: семья стала расширяться быстрее любой франшизы! Сначала ремонт квартиры свекрови: Галя Петровна позвонила вечером с жалобами на протекающий потолок в ванной. Голос у неё был таким жалостливым и требовательным одновременно (прямо как у продавца-консультанта во время распродажи): «Сынок… я же на одну пенсию живу… А Светочка у нас деловая девочка!» Ну кто тут устоит?
Света дала денег без раздумий.
Потом понадобилась новая стиральная машина (ведь даже самые крепкие семьи знают: стиральная машина – это сердце дома). Потом лечение зубов Гали Петровны – потому что улыбка должна быть сияющей даже после 70-ти лет!
А потом младший брат Андрея угодил в долги – ну тут уж без помощи никак нельзя было оставить родственника тонуть.